ОДИН ИЗ САМЫХ ДОРОГИХ ГОРОДОВ МИРА



Об эвакуации промышленных предприятий написано немало. Гораздо меньше известно о значении Новосибирска в приеме и сохранении национального культурного достояния.

На хранение в Новосибирск привезли тысячи музейных экспонатов. Город приютил фонды 20-ти государственных музеев, в том числе Третьяковской галереи, ленинградских Военно-артиллерийского и Этнографического музеев, музеев дворцов городов Пушкина и Павловска, Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина, музеев Новгорода, Калинина, Севастополя, Киева, Харькова, Смоленска.


Как правило, многие музеи еще до войны знали, куда их будут эвакуировать. Специальная комиссия в 1938 г. определила перечень музейных артефактов, которые в случае угрозы необходимо эвакуировать в первую очередь. По выборке комиссии предлагалось спасать всего 10% фондов. Ведь правительство уверяло, что стране ничто не угрожает…


НОВОСИБИРСКИЕ ХРАНИЛИЩА


Из-за неподготовленности к эвакуации, Новосибирск вынужден был хранить часть привезенных экспонатов в воинской части под Новосибирском и на территории железнодорожной станции «Инская».

Самым крупным музейным хранилищем оказалось не введенное на тот момент в эксплуатацию здание Новосибирского театра оперы и балета, где было достаточно места. Несколько тысяч бесценных шедевров, разместившиеся в здании театра, представляли необыкновенную национальную культурную и историческую ценность, поэтому Новосибирск можно было считать одним из самых дорогих городов мира. Пять этажей театра находились под усиленной круглосуточной охраной.



Обозначение Ф.Г.Т.Г. – филиал Государственной Третьяковской галереи

МУЗЕИ МОСКВЫ


Первыми в Новосибирск эвакуировались из Москвы Третьяковская галерея, Музей стран Востока и Музей изящных искусств.

В июле 1941 г. экспозиции и фонды Музея стран Востока были свернуты и упакованы в ящики, а самые ценные экспонаты были отправлены в эвакуацию в гг. Новосибирск и Соликамск (дары японского императора Мэйдзи императору Николаю II, китайский фарфор времен династии Цин, индийская миниатюра, собрание ковров, древние изделия из натурального шелка ручной работы и т. д.).


В начале июля 1941 г. начался 1 этап эвакуации Музея изящных искусств им. А. С. Пушкина: за 10 дней первая партия была подготовлена и отправлена в Новосибирск. Сопровождал коллекцию М. А. Александровский. 11 ноября 1942 г. было эвакуировано еще двадцать ящиков музейных памятников – картин, графики и ценных книг, вошедших в список так называемой третьей очереди.


В октябре 1944 г. Комитет по делам искусств издал приказ о реэвакуации художественных памятников. Специальные уполномоченные музея – Н. Ф. Лапин и Л. П. Харко приняли все коллекции ГМИИ им. А. С. Пушкина от лиц, хранивших их в Новосибирске и Соликамске. Погруженные в специальные эшелоны и под особой охраной частей НКВД, они были отправлены в Москву.

Из Третьяковки вывезли самые большие полотна классиков.



Мало кто знает, но во время эвакуации картины из Третьяковки чуть было не потеряли свою ценность. Спасать полотна надо было быстро, потому галерейщикам пришел приказ: не вытаскивать картины из рам, а вырезать их и скатывать в рулоны. Калечить классику у работников галереи рука не поднялась, на свой страх и риск искусствоведы закрыли на директиву глаза, трудились ночь напролет, вытаскивая шедевры из багетов.

Специальный поезд отбыл 15 июля 1941 г., а через несколько часов прямо на Казанский вокзал, откуда отбыл ценный груз, упала бомба... 12 августа бомбы обрушились уже на саму Третьяковку.

Самое большое полотно, которое отправилось в Новосибирск, – «Явление Христа народу» А. Иванова. Картина-гигант была свернута на вал, но все равно не могла вместиться ни в один вагон. Шедевр накрыли брезентом и положили на две открытые платформы поезда. Реставраторы тихо молились, чтобы во время пути не было дождя. Чудо произошло: все ценности доехали в Новосибирск не тронутыми ни погодой, ни человеком.




Ящики для картин Боровиковского, Брюллова, Поленова, Репина и других прославленных мастеров собирали на совесть, масштабные полотна накатывались на специальные валы. В первую очередь из галереи вывезли более 12 тыс. наиболее ценных произведений, включая живопись, графику и скульптуру.



В Новосибирске тайны из того, что в городе находятся лучшие образцы российского и зарубежного искусства, делать не стали. Театр стал официальным филиалом Третьяковской галереи, которая устраивала выставки для горожан – искусства XVIII-XIX веков, передвижников, числом около 20 за три года.




ЛЕНИНГРАДСКИЕ МУЗЕИ

Если московские крупнейшие музеи заранее знали, что в случае войны будут спасать национальное достояние в центре Сибири, то для их ленинградских коллег место эвакуации до последнего момента не было известно.

Изначально музейные коллекции должны были выехать в Сарапул (Удмуртия) и в Нижний Новгород. Но к тому времени враг подошел слишком близко к этим местам, и железнодорожным эшелонам с бесценным грузом пришлось разворачиваться, получив примерно такой приказ: «Езжайте на Восток, за Урал, а там посмотрим».


В июле 1941 г. вместе с фондами Артиллерийского музея были отправлены 34 ящика с автографами А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Ф. М. Достоевского, А. П. Чехова, Л. Н. Толстого и других великих русских писателей, принадлежавшими Институту русской истории (Пушкинскому дому).

Из пригородных дворцов-музеев были эвакуированы: 342 ящика (12 932 предмета) из Петергофа; 575 ящиков (19 751 предмет) из Пушкина; 197 ящиков (7 762 предмета) из Павловска.

Из Петергофа вывезли мемориальные предметы Петра I, из Царского Села коллекцию утвари из Янтарной комнаты. Эвакуация артефактов, по сути, спасла будущее Петергофа, чья экспозиция до войны насчитывала 30 тысяч предметов.


Особая тема – предметы Янтарной комнаты, гордость Екатерининского дворца в Царском Селе. Основой коллекции, созданной в середине XVIII в., стали предметы, переданные в дар русским императорам от королевских домов Европы. Поэтому самым первым эшелоном из осажденного Пушкина вывозили бесценные янтарные сокровища: шкатулки, настольные приборы, ларцы, предметы для игры в шахматы, настольные украшения. Янтарные панно, как известно, остались на стенах, и впоследствии были вывезены фашистами из оккупированного города. После окончания войны «новосибирская коллекция» была возвращена во дворец и отреставрирована. Сегодня эти предметы хранятся в особой кладовой Екатерининского дворца, экспонируются крайне редко.


Зал Екатерининского дворца в 1944 г.

По данным дирекции ГМЗ "Петергоф", до вступления немецких войск из музея было эвакуировано свыше 14 тыс. музейных предметов. Все они, кроме скульптур, хранились в Новосибирске и Сарапуле (Мордовия).


Согласно официальном отчётам, удалось вывезти 12932 музейных предмета – но это лишь 22% от первоначальной коллекции! Другими словами, 78% экспозиции оказалось утеряно или разрушено.

С Артиллерийским музеем получилась не очень красивая история. Он подчинялся Министерству обороны, а командование СибВО, видимо, не получило инструкций, что делать с прибывшими пушками многовековой давности. Экспонаты привезли в Томск, но там смогли предложить только помещения двух разрушенных церквей. Это не удовлетворило музейных работников, и культурный эшелон двинулся дальше по Транссибу. Музей разместили в сараях воинской части под Новосибирском, затем в оперном театре, а часть бронзовых орудий XVII в. хранилась на территории железнодорожной станции «Инская».

В Новосибирск везли экспонаты из музеев с юга СССР, в том числе доставили обгоревшую после налета немецких бомбардировщиков панораму Ф. Рубо «Оборона Севастополя», посвященную Крымской войне 1853–1856 гг.



Картина была почти уничтожена. Моряки-черноморцы разрезали ее на куски, погрузили на корабль до Новороссийска. Этот корабль постоянно обстреливали. Когда куски полотна привезли в Новосибирск и показали реставраторам Третьяковской галереи, те были в ужасе. Галерейщики написали письмо в Новосибирский обком ВКП (б): им срочно нужен осетровый клей. А среди жителей Новосибирска кинули клич: необходимо очень много меда, чтобы спасти шедевр. Мед смешивали с рыбьим клеем и пропитывали этим составом обожженную, просоленную в морской воде картину. В итоге получилось восстановить 86 фрагментов, в 1954 г. они стали основой копии, которую сейчас можно увидеть в Музее обороны Севастополя.

В Новосибирске хранилась государственная коллекция скрипок Страдивари, Гварнери, Амати, которую в Москве собирал с 1919 года В. Л. Кубацкий.




УСЛОВИЯ ХРАНЕНИЯ


Отсутствие достаточного количества упаковочного материала было большой проблемой. Выручали богатые царские гардеробы – шелковые платья, манто, шарфы и другие предметы туалета служили прекрасным упаковочным материалом для стекла и фарфора, под диван Растрелли прятали имперские камзолы, бьющуюся царскую посуду заворачивали в платья императриц.

Разгрузка вагонов в Новосибирске проходила в неимоверно тяжелых условиях: ночью, в мороз более 40 градусов. Несмотря на темноту, несколько бригад военных разгружали вагоны на землю, очистив лопатами площадку перед ними. Ящики, уложенные в длинный штабель, немедленно укрывали брезентом, коврами, большими декорациями, всем, что могли найти в новосибирских театрах. Выгруженные ящики охраняли часовые. К утру пустые вагоны уже шли под погрузку в сторону фронта. Перемещения, подобного эвакуации музейных фондов из Ленинграда в Новосибирск в 1941–1945 гг. история не знала: ни по объему культурных ценностей, ни по расстоянию в километрах.

Музейные предметы требуют особых условий хранения. В галереях и музеях специально поддерживают определенную температуру и влажность, экспонатам противопоказан сухой воздух, который стоял в залах новостройки – ведь проектировщики оперного театра не предполагали, что он станет домом для полотен Брюллова, Крамского, Сурикова, Репина, Куинджи, Врубеля.


Самые уникальные экспонаты хранились в цинковых ящиках, остальные – в деревянных. Их периодически открывали, проветривали, чтобы поддерживать необходимую влажность, ставили ведра с водой, развешивали мокрые простыни.

Нужна была и определенная температура – зимой для поддержания необходимой температуры Минобороны распорядилось ежедневно выделять вагон угля для отопления Оперного театра. В самую холодную зиму 1941 г. первый секретарь обкома партии М. Кулагин подписал бумагу о выделении оперному театру ежедневно 25 тонн угля.




РАБОТА В НОВОСИБИРСКЕ


Жители города могли только гадать, какие сокровища хранятся в помещении недостроенного театра. Городские власти неоднократно обращались к музеям с просьбой подготовить выставку из закрытых музейных фондов, но музейные работники не вправе были нарушить распоряжение вышестоящих инстанций о запрете на показ особо ценных предметов и коллекций. Так, в 1943 г. готовилась большая выставка по декоративно-прикладному искусству, однако она не состоялась, так как Комитет по делам искусств в последний момент запретил использовать материалы основных фондов за пределами хранилища.

Тем не менее, сотрудники, эвакуированные вместе с музейными фондами в Новосибирск, занимались не только повседневной хранительской работой, но также вели научную работу, читали лекции в госпиталях и в воинских частях и активно участвовали в организации выставок. Так, летом 1942 г. в залах оперного театра открылась выставка «Русское реалистическое искусство», на которой были представлены живописные полотна из собрания ленинградских пригородных музеев. В течение трех месяцев ее посетило более 100 тыс. человек.

Штаб СибВО подготовил выставку «Героическое прошлое русского народа», на которой посетители смогли увидеть уникальные военные атрибуты из коллекций Артиллерийского музея, картины из Петергофа и Павловска. Выставки имели огромный успех у жителей Новосибирска, эвакуированные ленинградцы узнавали предметы из дворцовых собраний и искренне радовались, что они бережно сохраняются.

Солдаты формирующихся в Новосибирске войсковых соединений после осмотра выставок клялись отмстить за разрушенные ленинградские дворцовые архитектурные ансамбли.


РЕЭВАКУАЦИЯ


Музеи стали покидать город в 1944 г.


Новосибирск выполнил свою задачу – все, что было доставлено на сибирскую землю, в абсолютной сохранности вернулось на родину. Предметы, вывезенные в эвакуацию, и есть сегодня то, что осталось от довоенных фондов музеев. Это всего лишь 35% от прежних коллекций; значительная часть оставленных на месте предметов была украдена фашистами, погибла при артобстрелах, под ударами бомб, в огне пожаров.



ГАНО. Ф.П – 4. Оп. 33. Д. 793. ЛЛ. 28-об. - 29


Представленные материалы основаны на документах Государственного архива Новосибирской области и Новосибирского городского архива, статей газеты «Советская Сибирь» военного времени, воспоминаниях очевидцев, исследованиях сибирских ученых и краеведов.

  • Белый Instagram Иконка